Корнями отсюда…

«Всё проходит, даже  старость…» — как-то успокаивал нас Станислав Ежи Лец. Мрачновато. И, однако же — поди, возрази. Но так уж устроен человек (если только он – и впрямь таковой): в душе что-то не мирится и с неопровержимым. Может быть, этим неизбывным противоречием объясняется крылатость фраз типа «Всё остаётся людям…». Остаётся! Значит — не проходит. Или — совсем уже ближе к нашей теме: « …Песня остаётся с человеком». «Песне мы не скажем: «До свиданья!», песня не прощается с тобой!».  Проходят года. Да что там —  века. Ещё молоды и полны сил многие, родившиеся в двадцатом веке второго тысячелетия нашей богоспасаемой эры. А «нынче… погляди в окно! — 21-й на дворе. Третьего тысячелетия. Но все так же душевно звучат многие песни прошлых лет, так же приносят они и хорошее настроение, когда — бодрость духа, а когда и   светлую  грусть. Для тех, разумеется, кто не только слушает, а ещё и слышит. Разноязычны они, остающиеся с человеком. И не так уж важно то, что ты не понимаешь, о чем поется. «…И если песню сердцем понимают — не нужен этой песне перевод!». Теплые волны раскатываются по душе, проникают в самые укромные уголки и оставляют неизъяснимое послевкусие…

Для меня (уверен — не один я такой), исполнителей, производящих подобное  впечатление — несколько, и все пришли из прошлого века, вместе со мной. Хотя, разумеется, все они  старше меня. И намного. Но иногда в наши холода так тепло становится именно оттого, что есть прекрасные вещи, которые не меняются, как не меняется их восприятие и отношение к ним.

Одним из авторов-исполнителей, поэтов, протестантов и даже, в известной мере — провокаторов такого круга для меня был и по день сей остается Боб Дилан. Да, тот самый «Forever young», которого можно поздравить с круглой датой  24 мая этого года Дилану исполняется 80!

Посмотрите на него сегодня: сказать, что не изменился — погрешить против истины, как и сказать о том, что скис, Боб-сотрясатель, возмутитель умов и теперь — хоть куда, не годы и довольно-таки напряженные за спиной, вернее, не только годы, а приобретенный опыт, отточенное мастерство и любовь к жизни. И Просто Любовь — самое человечное из всех человеческих чувств…

Бобу Дилану, которого (без гиперболизации) можно назвать классиком,  сегодня исполняется, как уже было,  сказано, 80. Влияние Роберта Аллена Циммермана (именно это указано в паспорте и прочих официальных документах) на сегодняшнюю культуру невозможно переоценить. По данным разных известных изданий, в том числе — журнала Rolling Stone,  Дилан является вторым (после Битлов, разумеется) по значимости исполнителем в истории музыки.

«Мишка, крути назад!» — помните Аверченко? Так вот, открутим пленку назад на восемь десятков лет. Роберт Ален Циммерман (Шабтай Зисл бен Авраам, Служба новостей Chabad приводит вариант его имени, как Зуши бен Авраам на идише) родился 24 мая 1941 года в Дулуте (штат Миннесота, США) в еврейской семье, его бабушка и дедушка по отцовской линии, Зигман и Анна Циммерман, эмигрировали из Одессы (Российская империя) в Соединённые Штаты после антисемитских погромов 1905 года. Так что — еще один наш, по большому счёту, талантливый и знаменитый земляк!

Кода-то (сегодня такое чувство, что лет сто назад, хотя происходило уже в нашем XXI веке) другой наш земляк, давно уже проживающий в США и трудящийся в тамошней мощнейшей, без преувеличения, киноиндустрии,  Анатолий Фрадис устроил показ художественного фильма «Шоу века»  (ориг. «Masked and Anonymous») в кинозале тогда уже переживающей не лучшие времена Одесской киностудии. У меня от этого события остались только смутные восторженные воспоминания и диск с фильмом, подаренный Фрадисом. Случайно при разборе «культурных» завалов в собственной квартире, диск этот был извлечен из запыленной коробки, вместе с дилановским «четверником». Все было посмотрено и прослушано, и как было сказано в известном произведении, «накинулись злобные псы воспоминаний». Правда, псы эти были совсем незлобные, а даже грустные… Но дело не в воспоминаниях и не во мне — оmnia mea mecum porto и, конечно же, совершенно зря, а в том, что поразила мысль — а Дилану-то сколько? 80! И ОН — с нами! Как говорил булычёвский Громозека: «Это надо отметить!»

Оставляя интимную лирику в сторонке, вернусь непосредственно к герою повествования — поэту, музыканту, общественному деятелю и, ни много, ни мало — Нобелевскому лауреату. Боб Дилан стал первым лауреатом Нобелевской премии по литературе, которому ее присудили за тексты песен, в связи с чем новость о его награждении стала предметом для ожесточенных споров творческих деятелей разных стран. С нобелевкой, кстати, произошел анекдот: в 2016 году на церемонию вручения Дилан не явился и получил её спустя год, и это вовсе не было неким демаршем.  Общекультурная значимость Боба Дилана не подвергается сомнениям, а вот поэтический дар вызывает множество споров, как и право на получение премии. Ну что ж, поэт не только в России больше, чем поэт или меньше, чем поэт, и спорить можно до хрипоты бесконечно,  Как и о том, можно ли поставить Дилана в один ряд с Йейтсом, Буниным, Тагором, Мистралем, Пастернаком, Нерудой, Бродским и другими поэтами-обладателями Нобелевской премии. На мой взгляд — можно, это вполне заслуженная награда. И в песнях «рок-классика» частенько угадываются «нотки» романтических предшественников — и Бодлера, и Рэмбо, и других; Дилан — дитя своего века, принявший эстафету от гениев прошлого, не потерявших своей востребованности  сегодня и, уверен, не потеряющих и в будущем…

Автор Игорь Каневский

Якщо ви знайшли помилку, будь ласка, виділіть фрагмент тексту та натисніть Ctrl+Enter.

Leave a Reply