Век толпы: пик или переходный период?

Не успела утихнуть пандемия коронавируса, как на ее фоне произошел еще ряд событий, которые успели охватить весь мир. И если обвал цен на нефть повлек за собой усиление и без того начавшегося мирового кризиса – сокращение рабочий мест, пересмотр заработной платы и дивидендной политики, диверсификация бизнеса, –  то массовые протесты, в связи с убийством афроамериканца Джорджа Флойда полицейскими, давно переросли в массовые беспорядки и охватили не только штат Миннесоты, но и другие штаты Америки и вышли далеко за ее пределы. Убийство Флойда запустило цепную реакцию. Невзирая на то, что европейские страны только стали снимать ограничения, введенные из-за пандемии COVID-19, в Англии, Германии, Дании, Франции люди вышли на демонстрации против жестокости полиции и расизма.

В Германии мирная демонстрация переросла в столкновения с полицией: метались камни и бутылки в сотрудников правоохранительных органов. Полиция в свою очередь, применила перцовые баллончики. В общей сложности, по результатам протестов в Берлине и Гамбурге, было ранено 28 полицейских, 93 человека задержано, нанесен вред частному и коммунальному имуществу.

В Лондоне мирная демонстрация так же переросла в столкновения между протестующими и полицией. 35 офицеров полиции получили травмы разной тяжести, двоих госпитализировали. Борис Джонс в твиттере заявил, что «люди имеют право мирно протестовать, соблюдая социальную дистанцию, но не имеют права нападать на полицию. Эти демонстрации были подорваны бандитизмом…»

Во Франции на улицах Парижа собралось около 20 тыс. человек. Акция мгновенно переросла в столкновения с полицейскими. Протестующие кидали в сотрудников полиции зажигательные смеси, камни, палки, жгли мусорные баки и велосипеды. Полиция в ответ применили слезоточивый газ и резиновые пули. Такие же акции произошли и в других городах Франции: Лилле, Лионе, Марселе.

В Бельгии протесты так же переросли в столкновения с полицией, а учитывая, что там идет сбор подписей за снос статуй короля Леопольда II, в силу жестокого отношения к аборигенам Конго в конце XIX века, его бюст был облит краской, а статуя подожжена.

В солидарность с США протесты против полицейского произвола и расизма прошли так же в Швеции, Австрии, Испании, Италии, Нидерландах, Швейцарии.

И хотя расизм действительно жгучая проблема во всем мире, в США она наиболее чувствительна. Проблемы неравенства на расовой почве и предрассудков имеют историческую тенденцию и корни, ведущие к рабовладельческому строю и гражданской войне в Америке. Соответственно, и протесты носят более угрожающий характер, выливаются в ожесточенные столкновения: митингующие жгут машины, громят и грабят магазины, заправки, бросают зажигательные смеси и петарды.

В городах США вводят комендантский час на фоне неутихающих беспорядков, мобилизована национальная гвардия.

Сначала в Миннеаполисе, затем Вашингтоне, Атланте, Нью-Йорке и других крупных городах США произошли стычки с правоохранителями, хотя виновный в убийстве Дерек Шовин был уволен из полиции и взят под стражу. Администрация президента Трампа, Генпрокурор США Уильям Барр, губернатор Миннесоты сразу дали понять, что за акциями стоят совершенно другие силы, которым выгодно «раскачивание лодки» на фоне пандемии. Губернатор Миннесоты назвал насилие, которое вылилось на улицы в пятницу вечером, «насмешкой и притворством», которое не имеет ничего общего со смертью Флойда, неравенством, или «историческими травмами в наших цветных сообществах.» Генпрокурор США заявлял, что во многих местах беспорядки организуются анархистскими и левыми экстремистскими группами, которые приезжают из-за пределов штата и пропагандируют насилие. Около 80% арестованных прибыли из-за пределов штата, среди них есть сторонники превосходства белой расы и члены наркокартелей.

Бывший мэр Нью-Йорка Рудольф Джулиани, личный адвокат президента США, обвинил демократов в организации протестов. «Городскому имуществу нанесен ущерб на сотни миллионов долларов, – написал он в “Твиттере” — это все города, где большинство поддерживает демократов и где политика властей покрывает криминал».

Демонстрации, по заявлению New York Times, прошли в 30 городах. Власти американских городов на фоне протестов вводят чрезвычайное положение и комендантский час. В Вашингтоне был ненадолго заблокирован Белый дом, а протестующие, в подавляющем большинстве не снимающие маски, скандируют “Дональд Трамп должен уйти!”, “Не стреляйте” и “Без справедливости не будет мира”.

Сам президент США дал понять, что может использовать “безграничную силу военных” или призвать на помощь своих сторонников, чтоб остановить «большие толпы, профессионально организованные…» Такая публичная реакция президента на волну протестов вызвала резкую критику даже у самых близких его сторонников. Его личный друг Джеральдо Ривьера в прямом эфире Fox News сказал, что «не нужно подливать бензин в огонь. Это никого не успокоит», и это уменьшает шансы Трампа на победу в президентских выборах 2020 года.

Все резко забыли о коронавирусе. Еще месяц назад пандемия COVID-19 была темой номер один, а сейчас, как будто исчезла.

Так что же «успокоит толпу?» Этот и другие вопросы: «кто такая толпа», «психология толпы», будоражат умы не только наших с вами современников, их задавали себе и исследовали наши предшественники. Гюстав Лебон, Вильфред Троттер, Габриель Тард, Зигмунд Фрейд, Элиас Канетти, Серж Московичи – самые известные исследователи психологии толпы. Карл Юнг заложил основные понятия коллективного бессознательного. Понятие харизматичного лидера как индивидуума, обладающего тайной возможностью влиять на других, ввел в 1947 году Макс Вебер, когда исследовал типы власти. Известный философ двадцатого столетия Карл Ясперс и выдающийся современный мыслитель Жан Бодрийар, свои работы посвятили проблемам существования «массового общества». Финский ученый-политолог Тату Ванханен посмотрел на проблему под другим углом, и в 2011 году вышла книга «Этнические конфликты: их биологические корни в этническом фаворитизме».

И безусловно, чтобы разобраться с проблематикой, для начала нужно понимать устройство. Согласитесь, трудно лечить человека, не понимая его анатомии, физиологии, генетики. Но этого еще недостаточно, человек в этом мире еще и взаимодействует с окружающей средой, людьми, он имеет исторические и географические аспекты. А значит вышеперечисленных знаний будет недостаточно, и придется изучать антропологию, психологию, социологию, экологию, педагогику и медицину. Необходимейший компонент лечения в серьёзных случаях – «История болезни». А еще есть вещи неосязаемые, духовного плана, и это требует отдельного взгляда. Толпа, как явление, так же имеет свое устройство, и рассматривать ее надо многогранно. Французский ученый Гюстав Ле Бон назвал грядущий для него XX веке «эрой толпы».

«Божественное право масс должно заменить божественное право королей. Не в совещаниях государей, а в душе толпы подготавливаются теперь судьбы наций», – писал он. Главной ее характерной чертой служит замена сознательной деятельности индивидов бессознательной деятельностью толпы. Ле Бон писал, что у толпы, как и у индивидуального человека, есть душа, и она коллективная. Он даже описал механизм ее образования из трех этапов:

  1. Исчезновение интеллектуальных способностей, разумной личности и накопления глупости в толпе.
  2. Разнородное утопает в однородном, и место сознательной личности занимает коллективное бессознательное.
  3. Бессознательное доминирует, это приводит к тому, что мысли и чувства имеют одинаковое направление вне зависимости от образа жизни, занятий, характера или ума конкретного индивида из толпы. В толпе чувствуют, думают и действуют совершенно иначе, чем чувствовал бы, думал и действовал каждый из них по отдельности. Так возникает закон духовного единства, так рождается коллективная душа.

Фрейд считал, что все зло человеческой души заключается в бессознательном. Следовательно, пробуждение бессознательного ведет к угасанию совести, чувства ответственности. А так как бессознательное содержит подавленные и вытесненные инстинкты, феномен толпы, по Фрейду, присутствует в каждом индивидууме.

Кроме этапов образования толп, есть и необходимые особенности:

  1. Толпа анонимна и не несет ответственности
  2. Осознанность непреодолимой силы
  3. Заразительность
  4. Восприимчивость к внушению и самовнушению

Эти особенности делают толпу опасной для окружающих.

Существуют различные виды толп, которые отличаются по степени организации и характеру поведения людей, но при этом есть много общего, что их объединяет. У стихийной толпы нет зачинщиков, это спонтанно возникшая масса. Но если на их глазах произойдет знаковое происшествие, толпа превратится в окказиональную, в сборище зевак с общим центром внимания. Ведомая толпа имеет лидера или подстрекателя, она очень быстро может превратится в агрессивную или преступную –  с деструктивными действиями, или наоборот, паническую, в зависимости от того какой вектор задаст подстрекатель. А вот организованная толпа имеет ярко выраженную организацию, упорядоченность, может выступить в форме повстанческой или стяжательной толпы, борющейся за ценности. Как видим, есть некоторые составляющие, которые меняют толпу из одного вида в другой. Одним из таких составляющих является понятие лидера или вожака. Вождь – это апостол толпы, лоцман-путеводитель. Зачастую вождь жертвует личными интересами и семьей, обладает убежденностью в правоте вершимого дела, сияющей харизмой и упрямой отвагой, что с легкостью находит отклик в массах и заражает их фанатизмом. Это – не обязательно самый интеллектуальный представитель массы, это прежде всего человек дела. У харизмы – пророческая сторона, у авторитета – эмоциональная. Когда толпа восхищается своим лидером, она восхищается сама собой по принципу зеркала, в вожаке она видит себя. И если лидер вдруг станет слабым, его «линчуют». И если авторитет личности держит неудачу, масса мстит ему за то, что преклонялась перед его превосходством, которого больше не признает. Авторитет личности всегда должен доказываться – в отличии от авторитета должности, где не важен сам человек, а важна наследственность, ранг, иерархия, профессия. Верующие чаще всего разбивают статуи своих прежних богов. Но самыми опасными являются мертвые вожди, ибо они становятся богами, и вера превращается в культ. В сущности, люди не могут обойтись без того, чтобы ими руководили, как и без еды, питья, сна. Они нуждаются в организации, и взятые в отдельности, будучи свободными, они объединяются и ищут вождя. А как известно, кто ищет – тот найдёт.

Основная цель лидера: сформировать вторую составляющую – веру и идею.

Как вождь властвует над людьми, так идея властвует над ним. Идеи торжествуют, становясь верованиями вовсе не потому, что они правильны и значительны, а из-за того, что приобретают облик традиций. Чтобы проникнуть в «душу» толпы, верование должно приобрести жесткий характер обычаев. Если лидера можно сравнить с капитаном корабля или лоцманом, который проводит морские и речные суда в местах, представляющих опасность, то идея и верование, это ориентир для толпы –  у нас Полярная звезда на ночном небе.  А в южном полушарии, где она не видна – Южный Крест. За идею толпа готова даже погибнуть, а оспаривание верования толпы сродни поединку с ураганом.

Третья составляющая, как топливо для толпы, это чувства и эмоции. Для толпы чуждо логическое, рациональное мышление, сознательный подход, она живет образным мышлением и бессознательным импульсом. Древнеримский поэт-сатирик Ювенал, использовал для описания современных ему устремлений римского народа короткую фразу «хлеба и зрелищ!».  Ничего с того времени не изменилось, любого рода зрелище, это генератор эмоций и чувств. Футбольные матчи, театральные представления, массовые концерты, гладиаторские бои, бой быков, публичные казни и семейные сцены, а также многое другое –  лишь малая доля таких генераторов.

А если образ из прошлого, то возникает непреодолимая сила, которая сковывает ум и разум человека толпы. Поэтому, взывать к логике агрессивной толпы бесполезно, а вот вызвать всем известный образ смирения, кротости, молитвы, встав на колено и опустив голову, намного эффективней. Так полицейские в штате Джорджия, бойцы Национальной гвардии Миннесоты, кладут щиты и дубинки на землю, преклоняют колено в знак солидарности с участниками массовых акций. Такие жесты заканчивается успехом: демонстранты братаются с полицией и все мирно расходятся. Такой образ смирения известен на любой территории земного шара, его понимают и представители африканских племен, и европейцы, и американцы, и азиаты. В истории отечественной революции известны случаи, когда солдаты отказывались стрелять и толпа, не сговариваясь, скандировала: «Армия – с нами! Солдаты – с нами!».

Для толпы прошлое важнее настоящего. Поэтому вместо того, чтобы будить их интеллект, надо будить их память. Толпой воспринимается не то, что изменяется, а то, что повторяется. Нечто вроде принципа английского правосудия – прецедентное право, суд по аналогии с прошлым. А что понятно и повторяется из поколения в поколение? Чувство любви и ненависти, предательство и героизм, мстительность и великодушное милосердие. Образ отца и матери обладают колоссальной силой подчинения. В религиозных конфессиях и на политической арене мы часто видим Отцов. Семья — это колыбель подчинения. Отец и мать первые властелины, первые священники, первые образцы для детей. Поэтому часто люди в своей жизни используют семью как «щит» и «миноискатель»: приходят на митинги с детьми, рассчитывая на то, что каждый из оппонентов является чьим-то отцом или матерью, и не причинит ущерба; женщины в возрасте ложатся под танки и бронетранспортеры; в спорах и требованиях часто звучат «я же мать» или «у меня сын твоих годов», – таким образом они взывают к древним слоям памяти. Уж хорош, там, был Сталин, плох ли, но кто же посмеет отрицать факт: масса его называла Отцом. Отец любит всех одинаково и не покровительствует никому в особенности, как Бог любит паству. Такой подход объединяет верующих. В армии хороший командир для своих подчиненных всегда «Отец родной», его уважают и любят за справедливые решения и личный пример.

Чтоб понять толпу – поймите женщину. Ле Бон часто сравнивает толпу с женщиной. Иоганн Вольфганг Гете в «Фаусте» так же пишет: «Толпа — как женщина, и вечно у ней в почёте только молодёжь».

Толпа минутна и импульсивна. Импульсы, которым повинуется толпа: возбуждение, свирепость, великодушие, трусость, героизм, могут сменять друг друга очень быстро, и путь от свирепости до великодушия может быть очень короткий. В силу этого толпа очень изменчива. Вспомним сервантесова Дона Кихота: уголовники-каторжане его горячо благодарил за то, что он атаковал конвой и освободил их. Но очень быстро разочаровались. И попросту побили его. А как горячо народ требовал летом-37 расстрелять, как бешенных собак, тех, кому он ещё первого мая посылал горячий привет, проходя мимо трибуны Мовзолея.

Ле Бон пишет: «Толпы повсюду обладают женским началом, но наиболее женственны из всех романские толпы. Тот, кто опирается на них, может подняться очень высоко и очень быстро, но постоянно чувствует под собой отвесную скалу и уверенность, что однажды будет низвергнут с нее». Характер эмоциональный и капризный, своенравный и ветреный, где-то пассивный и терпеливый с традиционной подчиненностью. Она куртизанка и хранительница очага, любовница, которую завоевывают, и невеста, которую берут в жены. Толпа, как и женщины, любят сильных мужчин. Толпа – узница традиций, обычаев, архаического бессознательного, ностальгия сердца, прошлой славы, почитание памяти мертвых.

Рассматрение событий, недавно произошедших в США, споры о том, кто виновен, а кто нет, имеют значение только для судебного процесса. В общественно-политической жизни они не имеют смысла, так как это не единственный повод для недовольства одного из этносов над существующим положением вещей.

Тату Ванханен предположил, что, если даже дать высшее образование всем желающим, поселить в благополучных кварталах, увеличить социальные пособия – ничего не поменяется. В основе конфликта лежит этнический фаворитизм, то есть предпочтения людей своего этноса людям чужого, которое обусловлено биологическим эволюционным механизмом. Ванханен вводит такую переменную, как этническая неоднородность страны (ЭН). Она соответствует обратному проценту крупнейшей этнической группы в государстве. Чем меньше крупнейшая этническая группа, тем выше ЭН. Если в стране 80 % коренного этноса, то ЭН будет равняться 20.

«Различные конфликты интересов в этнически разделённых обществах часто превращаются в этнические конфликты достаточно независимо от других социальных, политических, культурных и экономических обстоятельств», – заключает профессор. Если упростить написанное, этнические конфликты тем сильнее, чем выше неоднородность, и практически не зависят ни от развитой в стране демократии, ни от уровня жизни, ни от образования.

«Этнические разделения тем существеннее, чем больше генетические расстояния между группами. Языковым разделениям обычно тысячи или, как минимум, сотни лет. Старым религиозным разделениям, как минимум, сотни лет. Этнические разделения на основе расы генетически самые глубокие, так как могут иметь возраст в десятки тысяч лет. Чем больше генетическое расстояние, тем значимее этнический фаворитизм. Поскольку правила этнического фаворитизма запечатлены эволюцией в наших генах, вряд ли можно искоренить эту модель поведения из человеческой природы», – отмечает Ванханен. Такие конфликты можно сглаживать и замораживать, но избавиться от них невозможно.

Ясперс, опережая время, еще накануне Второй мировой войны, написал, что мир вступил в полосу затяжного кризиса, который приобрел планетарный характер, и причиной которого является «уверенность в бесспорном превосходстве, считающая собственное существование единственно истинным; неспособность стать на точку зрения другого, исходить из его ситуации, не предавая себя». Как выход из тупиковой ситуации, философ предлагал возврат на новом уровне к ценностям предыдущей эпохи, когда были заложены основы духовного развития всех цивилизаций, когда народ еще был народом, а не толпой.

Жан Бодрийар, в свою очередь объяснил, почему событие на небольшой территории или в отдельно взятой стране, приобретают планетарный масштаб. Сегодня нет государства в том виде, который был до недавнего времени, есть территория и клановые интересы – «мир без границ». Мир стал иллюзорным: политика превратилась в «гиперполитику» и «трансполитику»; искусство стало «трансискусством»; экономика государства является теперь «трансэкономикой», и так во всем, даже деление людей по половому признаку затронули изменения, в моде трансгендерная и транссексуальная политика. Появилась некая форма симулятивной «гипперреальности» с эмблемами, кодами, моделями.

«Происходит смешение жанров, замена одной сферы другой…Политика больше не сосредоточена в политике, она затрагивает все сферы: экономику, науку, искусство, спорт…  А спорт в бизнесе, в сексе, в политике, в общем стиле достижений…», – пишет Бодрийар. Нормы морали и веры уходят в прошлое, любовь становится симуляцией, поглощается культура и знания, – и народа больше нет, а есть только массы, освобожденные от каких-либо идеалов. Сегодняшняя эпоха технического прогресса и потребления, сделали массы населения еще более зависимыми, чем в рабовладельческий строй, они не могут жить без огромного аппарата, в работе которого они участвуют в качестве колесиков, чтобы обеспечить свое существование. Для сохранения уровня выживания и вероятного развития, массы вынуждены следовать идеологии потребления, ее стремления и мотивации только на это и направлены. Аппарат развивается в столкновении борющихся и согласно действующим волевым направленностям. И без согласия толпы, теперь никто не может определять, что ему делать. Для растворенной в аппарате массы главное значение имеет фикция равенства. Об этом говорят все, кому не лень, от сотрудника на производстве до средств массовой информации и президента, но при этом мечтают о власти. Толпа хочет быть ведомой, но так, чтобы ей казалось, что ведет она. Она не хочет быть свободной, старается избежать ответственности, принятия жизненно важных решений, но хочет таковой считаться. Фромм в своей работе «Бегство от свободы» писал, что развитие человеческой свободы, оказывается двойственным, противоречивым. С одной стороны — возможность проявления человеческой сущности, укрепление человеческой солидарности, с другой — усиленное желание изолироваться, и неуверенность человека, которая ведет к росту чувства бессилия и ничтожности отдельного индивида, когда свобода начинает ощущаться как бремя, как опасность. Бердяев, в «Опыте эсхатологической метафизики», писал, – «свобода была понята исключительно как право на нее, как притязания людей, в то время как она есть прежде всего обязанность. Свобода есть «не легкость, а трудность, тяжесть, которую должен взять на себя человек».

То, что не обеспечивает существование человека, то, что выпадает из аппарата, которому он служит, – уничтожается. Человек растворяется в том, что должно быть средством, а не целью, не говоря уже о смысле. И причина всех кризисов, это недоверие. Каждый человек знает о притворстве, обмане, ненадежности, – невозможно довериться ни лицу, ни профессии, ни должности, ни вещи. Объединение и переплетение людей в планетарном характере экономическими, техническими связями привело к процессу нивелирования. К этому нивелированию стремятся так, будто это создает единение людей. Поэтому, не удивительно, что происшествие в конкретном штате США, вылилось в массовые акции по всему миру.

Ортега-и-Гассета в своей работе «Восстание масс» говорит о всеобщей нивелировке, как форме зла, когда происходит выравнивание прав, положений, биологических полов, массовой культуры, социологических классов. Согласно Ортеге, скорости наступления событий в мире так увеличились, что не было времени приобщить идущее поколение к ценностям традиционной культуры. Среднестатистический человек, приобщаясь к благам цивилизации при таких стремительных скоростях, не усваивает культуру прошлого, более того, он ее не признает, он как представитель массы — убежден, что все достаточно, в его поле зрения не попадают нормы, традиции, примеры из прошлого, он лишен исторического сознания. Именно глубокий разрыв настоящего с прошлым, по Ортеге, является важнейшей характеристикой эпохи.

В силу увеличения «источников информации» массы воспринимают поданную информацию поверхностно, снимая сливки, никто не утруждает себя изучением информации и анализом, углублением и исследованием поданного. Обратите внимание, информацию подают, ее уже не ищут. А подают так, как выгодно источнику, кроме того, декларируют максимальный доступ к информации. После чего остатки смысла искажаются и тонут в пустоте. Для донесения и внедрения хотя бы общего смысла идеологии, чаще всего используют формат лозунгов. А социальное неравенство создает хорошую почву, симуляцию в виде «американской мечты» и «хочу жить как белый». Серж Московичи, как и Тард, огромное значение придавали средствам массовой коммуникации. На протяжении одного поколения был совершен прыжок от культуры слова к культуре «наглядных образов» (радио, комиксы, плакат, телевидение). Если книги создали базу критическому мышлению, то современные СМИ создали техническую базу автоматическому, некритическому мышлению.

С одной стороны, может показаться, что в наш век, мифы и верования канули в прошлое, а научность и рационализм взяли господство. На самом деле, можно наблюдать обратное.  Мифологизация политиков, светские религии, различного рода верования определяют массовое сознание современного человека.

Из всего вышесказанного, можно сделать несколько выводов. Сегодняшнее общество находится в стадии переходного периода, которое характеризуется неизвестностью в конце. Падение уровня производства и уровня жизни людей; несоответствие законодательства; изменения в социально-классовой структуре общества; политические манипуляции; утеря культурных ценностей и традиций; появление, как грибов после дождя, различных симулякр; необъективность и выгодность СМИ, а также других, преподносящих «факты», источников информации; неэффективные системы управления, – все это свидетельствует о усиливающимся кризисе во всех сферах жизнедеятельности человека. Общество потребления не желает «учить уроки истории», а это чревато грустными последствиями.

Хотя Дюркгейм и Фрейд считали, что массовая душа имеет не только отрицательные характеристики, но и способна на гениальное духовное творчество, о чем свидетельствует создание языка, фольклора, народных песен, их влияние на творчество мыслителей и художников. И тем не менее массы недальновидны, косвенны и посредственны. Научно-технический прорыв человечества, это всегда заслуга конкретного индивида или небольшой группы индивидов, но не толпы. И в этом случае необходимо людей-толпы приобщать к культурной работе, возвращать к своим историческим корням. Если брать за основу работу Ванханена, то в рамках государства важно сохранение и усиление высокой этнической однородности страны, во избежание конфликтов. Преступления предыдущих властей, если таковые имеются, против национальных меньшинств и малых народов конкретного государства не должны рассматриваться отдельно от преступлений против государствообразующего народа – средствами массовой информации, системой образования, нужно всячески подчёркивать тот факт, что государствообразующий народ не тождественен большевизму, фашизму, демократам (изначально заинтересованным в сохранении рабства, отражая интересы Юга), и являются такой же пострадавшей стороной.

Э.Тоффлер вообще считает, что наступает век демассофикации. В своей работе «Футуршок» он говорит о том, что толпа перестает играть прежнюю роль, она создается для решения краткосрочных проблем, она становится очень динамичной и временной. Задачи, которые возникают перед людьми, становятся все более нешаблонными, а следовательно, придется брать ответственность за решения на себя. Повсеместное распространение интернета играет свою огромную роль в глобализации, где иллюзии смешались с реальностью, где виртуальная жизнь начинает преобладать над реальной, а следовательно, нет места массам в том виде, в котором они существуют сейчас. Замена массифицированности на персонализацию в процессе производства, развитие вне массового производства приведет к демассофикации рынка. В таком случае, общество перестает быть массовым, оно разрушается на мелкие, персональные части. Безусловно, масса людей, как количество, будет всегда, но это будут качественно другие связи, чем в толпе – связи отдельных личностей.

Лидер всегда был и будет неотъемлемым элементом этой системы, но его лидерство должно основываться на личном примере. Надо помнить, что толпа уважает силу, а не доброту. А личный пример, это и есть показатель силы и мудрости. Преступные действия толпы надо пресекать, так как если не отвечать на прецедент, в дальнейшем это усугубит положение, ведь массы имеют свойство заражения, копирования модели поведения других. Нельзя путать «публичное выражение позиции» и «совершение противоправных действий». Наверное, всем известна цитата: «Снисходительность порождает безнаказанность, а безнаказанность ведет к вседозволенности.» Средства массовой информации не должны консолидироваться в одном месте и в одних руках, общество должно иметь возможность выбора источников информации. Информацию надо человеку именно искать и выбирать, чтоб не быть введенным в заблуждение, а не довольствоваться поданным материалом, как должным.

Ну а тот, кто научится взывать к самым древним слоям психики, обращаться с памятью, тот получит ключи управления. И исследование памяти в наше время глобализации, переходный период, крайне важно для всего человечества.

Урок, который стоит извлечь человечеству из событий в США, можно выразить следующим образом: на смену утопической идеологии «мир без границ» и «отсутствия национальностей» вынуждены найтись рациональные соображения этнической стабильности и достаточной для этого однородности, нивелирования преступных и агрессивных толп, переселения людских масс – миграции (нужен механизм, в совокупности с экономическими, политическими, социальными, правовыми, культурными решениями в связке, для достижения баланса во всем).

При этом следует помнить, что большой перегиб весов в сторону толерантности опасен тем, что, как следствие, обратное движение окажется таким же радикальным.

Список использованной литературы:

  1. Московичи С. Век толп М., 1998 с.449-450
  2. Бодрийяр Ж., Сиоран Э. Матрица Апокалипсиса. Последний закат Европы Алгоритм, 2015 ч.1-2
  3. Жан Бодрийар, Карл Ясперс Призрак толпы Алгоритм, 2008
  4. Лебон Г. Психология народов и масс Спб. Макет, 1995 стр. 30, 37, 45, 64, 121
  5. Бердяев Н. Опыт эсхатологической метафизики Париж, 1947 “YMCA – PRESS” с. 268-269
  6. Хешеви М. Толпа, массы, политика М., 2001 с.262-264
  7. Тоффлер Э. Футуршок М., 1973 с.281
  8. Тоффлер Э. Третья волна М., 1999 стр. 525
  9. Московичи С. Машина, творящая богов М., 1998 стр. 289
  10. Юнг К. Отношения между Я и бессознательным М.,1994 стр.211
  11. Юнг К. Архетип и символ М.,1991 стр.78
  12. Фрейд З. Психоанализ.Религия.Культура М.,1992 стр.26
  13. Тард Г. Личность и толпа СПб., 1903 стр.6, 45, 135
  14. Ортега-и-ГассетХ. Восстание масс. Цит. по: Психология масс. С. 195-198.
  15. Дюркгейм Э. Социология. Ее предмет, метод, назначение. М., 1995, С. 25.
  16. Лебон Г. Психология масс. Цит. по: Психология масс: Хрестоматия. М., 2006. С. 13.
  17. Фрейд З. Массовая психология и анализ человеческого «Я». С. 145.
  18. Фрейд З. Массовая психология и анализ человеческого «Я». //Ле Бон и его характеристика массовой души
  19. Тард Г. Публика и толпа // Психология толп. М., 1998.С. 227.
  20. Jose Ortega y Gasset. Obras completas. Tomo IV. P. 202.
  21. Jose Ortega y Gasset. Obras completas. Tomo IV. P. 139.
  22. Фромм Э. Бегство от свободы Аст, 2009 с. 50,51, 115
  23. https://lb.ua/world/2020/06/02/458940_massovie_protesti_ssha.html (посещение 12.06.20)
  24. https://www.pravda.com.ua/rus/news/2020/05/31/7253884/ (посещение 12.06.20)
  25. https://www.gazeta.ru/politics/2020/06/08_a_13111567.shtml (посещение 11.06.20)
  26. https://www.bbc.com/russian/news-52865198 (посещение 10.06.20)
  27. https://argumenti.ru/opinion/2020/06/670579 (посещение 10.06.20)
  28. Ванханен Т. Этнические конфликты. Их биологические корни в этническом фаворитизме Кучково поле, 2014 глава 2,8.

 

Автор Олли Грин

Подписывайтесь на наш Telegram канал: https://t.me/lnvistnik

 

Leave a Reply