Жил-был король

  1. Знакомьтесь – кто не знаком…

При самом общем взгляде на историю человечества совсем не трудно заметить: более всего в ней занимают место войны. Годы, столетия, эпохи и эры сменяли друг друга, но в этом отношении не менялось ровно ничего. Но менялись сами войны. Довольно долго они были в целом похожи друг на друга и былинниками речистыми ярко окрашивались в романтические тона. ХХ век разрушил эту своеобразную романтическую идиллию: война как бы вдруг стала моторной, технической, наука и техника оделись в военную форму и объявлялись мобилизованными. Касалось это и нашего отечества, с большой надеждой в 20-е, 30-е и далее глядевшего на исследователя, изобретателя, и даже на обычного  заводского технаря.

В их числе, и видимо, не случайно, обратил на себя внимание некий молодой инженер, ставший, можно сказать, крупной исторической фигурой – шутка ли, его называли «танковым королём» СССР.  А мировая война,  по счёту вторая, называлась ещё  танковой войной, войной моторов. И властно потребовала ужасающее и всё возрастающее количество танков и их совершенствование. И он в самые трудные военные годы отвечал с головой за создание этой армады. А между прочим, знакомство с жизнью этого – в то время очень молодого человека, – одесситы в полном праве могут считать его своим земляком.

Потом, в генеральском чине далеко от Одессы, аж за Уралом, о нём говорили в народе:  опять он отмочил «пару одесских номеров». А прежде, ещё в незабываемом девятнадцатом работал он на пересыпьском  сахарном заводе, а после учился и закончил Одесский политехнический институт. И ровно восемьдесят лет назад  получил мандат… замминистра всей танковой промышленности СССР (тогда эта должность называлась замнаркома), как сами понимаете – не за красивые глаза. А ведь восемьдесят лет назад на календаре значился тот самый сорок первый, памятный год.

 

  1. О РОЛИ ЛИЧНОСТИ  В  ИСТОРИИ…

И кто же, знакомясь с жизнью  Исаака Моисеевича Зальцмана, не признает необычной, яркой,  даже и причудливо зигзагообразной судьбу  сынишки местечкового портного, пострадавшего от еврейского погрома. Если так, бегло, с пятого на десятое – заводской работяга, студент, директор знаменитого Кировского завода,  да завода в Ленинграде и Челябинске (в эвакуации), директор Харьковского завода — в Нижнем Тагиле, министра – наркома танковой промышленности СССР в 1942—1943 годах. Генерал-майор, кавалер и полководческих орденов.

Зальцман Исаак Моисеевич

Герой Социалистического Труда, лауреат Сталинской премии, депутат Верховного Совета СССР. Роль его признана в истории решающей в развертывании этой отрасли на востоке. Под его началом и при его же координации появился на карте страны и в реальности более чем своеобразный крупный населённый пункт – Танкоград. Город танкистов, рабочих, инженеров, техников и полпредов очень многих других специальностей, вместе освоивших в разумные для военного времени сроки выпуск нескольких марок танков и самоходных артиллерийских установок, дизелей. По официальным данным отсюда в те же сроки было отправлено на фронт восемнадцать тысяч танков и САУ, почти пятьдесят тысяч моторов.

Страницы биографии:  

Из общедоступных документов следует: год его рождения – девятьсот пятый. Место рождения – посёлок Томашполь на Винничине. По национальности – еврей. Отец –  портной. В девятнадцатом году – рабочий  сахарного завода. Потом – комсомольская работа. И в тридцать третьем году окончил Одесский индустриальный институт. Тогда же получил назначение мастером на знаменитый завод «Красный путиловец» – Ленинградский Кировский. Инженерные и организаторские способности, целеустремлённость, дисциплинированность позволяли ему расти на заводе, занимать другие должности. Так что в тридцать два года от роду он был назначен директором крупнейшего в Союзе оборонного завода. А тут и – война. Сегодняшнему читателю не так-то легко вообразить обстановку, в которой Зальцман приступил к руководству. Немцы бомбили и обстреливали предприятие, как выяснилось после войны, чётко отмеченное на картах артиллеристов вермахта и люфт-ваффе. Очень  быстро линия фронта приблизилась к заводу. Государственный Комитет Обороны потребовал эвакуировать предприятие в Челябинск и дислоцироваться на месте тамошнего тракторного завода. И за всё, про всё ответственность возлагалась лично на него, на товарища Зальцмана.

Из нашего дальнего далека нельзя не обратить внимание на феномен того времени:   военное, пороховое, простреленное, разбомблённое, за него удалось сделать в науке  и промышленности много больше, чем за предвоенные, так сказать, мирные годы.  Казалось бы, всё должно было быть наоборот, в мире гораздо удобнее строить, изобретать, производить, переезжать и перевозить на далёкие расстояния множество людей и оборудование. Но вот официальная справка: именно с начала войны завод в несколько раз увеличил производство танков – под бомбежками и артобстрелами, в 4 км от передовой эвакуированный завод и на базе Челябинского местного тракторного было развёрнуто массовое производство новых тяжелых танков КВ.

Там, на Урале Зальцману выпало возглавить огромный комплекс производства танков, объединивший коллективы и оборудование заводов из разных городов. Так явился миру, сотрясённому мировой войной – город, названный метко и величественно: Танкоград.

В такой ситуации было маловато места для мягкости, демонстративной вежливости и приоритета корректности в отношениях между людьми, задачи которых часто ставились близкими к запредельным. В воспоминаниях ветеранов можно прочесть  и такое:  сотруднику НКВД, обвинившему его в саботаже, герой наш  ответил: «Товарищ Сталин дал мне полномочия бороться с теми, кто хочет сорвать выпуск танков и этим самым работает на Гитлера. Да,  мне приказано  раскрутить производство танков, и я гусеницами раздавлю каждого, кто попытается мне мешать!». И это произвело должное впечатление. Хотя, конечно,  и было делом рискованным.

Чтобы яснее представить обстановку, да узнает читатель: по известным данным, на заводе работали 75 тысяч человек. Работа шла круглосуточно – в буквальном смысле слова, с утра до вечера и с вечера до утра. О выходных и отпусках не могло быть и речи. Говорят, Зальцман спал по четыре часа; комплекс проблем, которые нужно было оперативно решать, связанные были и с производством, и бытом людей, их здоровьем, продовольствием, вещевым снабжением и каким-никаким, всё же отдыхом.

В феврале 1942-го Сталин вызвал Исаака Зальцмана в Кремль и назначил директором завода имени Коминтерна в Нижнем Тагиле – там предстояло развернуть массовый выпуск танков Т-34. И завод сделал невозможное: ежедневно провожал на фронт по  двадцать пять «тридцатьчетверок». Вскоре Зальцман был назначен наркомом танковой промышленности. Предприятия наркомата продолжали наращивать темпоритм выпуска грозной своей продукции. Дело усложнялось тем, что приходилось осваивать её новые виды и сочетать выпуск разнотипных боевых машин – «Т-34» и «КВ». Знатоки «оборонки» утверждают – всё это беспрецедентно в истории такой отрасли.

  1. СУДЬБА, КАК МОЛНИЯ – ЗИГЗАГОМ.

Уже сказано о причудливости судьбы этого человека. Но есть в нём нечто загадочное. В чём? В чем загадка личности Зальцмана? Внешне более чем обыкновенный. Ростом чуть более полутора метров. И генеральский мундир, признаться, сидел на нём отнюдь не как вылитый. Впрочем, обычно его видели – почти всегда в танкистской куртке или обычной фуфайке-телогрейке, бесформенной шапке-ушанке. И не ходил, а бегал по цехам, в кабинете его застать было трудно. Любил на испытательных полигонах лихо водить танки, ловко сжимал фрикционы. Знал танк, как самого себя. И даже умело управлял служебным  директорским самолетом «Дуглас». Характер у него был вспыльчивый, но отходчивый, человеком он был энергичным, авантюрным и смелым. Обладал фантастической работоспособностью, блестящим организаторским талантом, находчивостью, прекрасной памятью и обостренной инженерной интуицией.

Из воспоминаний Исаака Зальцмана в январе 1980 года: «Работа – это все дни и ночи войны. Без сна и отдыха. Мне было 36 лет, и сил хватало на все. Требовал, действительно, беспощадно. Жестокой необходимостью был вызван такой стиль руководства. Но, давая подчиненным задания, требуя их обязательного выполнения, я всегда обеспечивал для этого условия».

Танковая промышленность СССР выиграла и свою битву у Германии, на которую работала все те годы индустрия многих стран Европы. И роль тут  Исаака Зальцмана трудно преувеличить. Между прочим, это его союзники СССР – американцы и англичане, называли не иначе как «Король танков».

Из служебного блокнота И. Зальцмана: «31 октября первые два ИС-1  сданы заказчику. Всего в 1943 году их изготовили 67, а в начале 1944 года – еще 40». 5 августа 1944 года за выдающиеся заслуги в организации производства и освоение в сложных военных условиях  новых типов танков, артсамоходных установок и танковых дизелей и оснащении ими Красной Армии Кировский завод был награжден орденом Красной Звезды. Это был четвертый орден на его знамени. Орденов и медалей удостоилось более четырёхсот  кировцев. Их танки, которые были изготовлены под руководством Зальцмана, пришли  в  сорок пятом  году в Берлин и палили по Рейхстагу. Именно они  мерно и величественно, как положено победителю,  прошли по Красной площади во время парада Победы. Это уже начиналась  новая жизнь. Боевой Танкоград становился  мирным Челябинским тракторным заводом…

Жизнь и впрямь начиналась другой – во многих отношениях. С конца 1949 года начинается новая эпоха в его жизни. Послушаем Татьяну Штанько, дочь Исаака Зальцмана: «Этот переход на трактора было очень трудно осуществить. Это было значительно труднее, чем перейти с тракторов на танки в военное время». Сказано же: загадочный Зальцман,  кажется, этот человек может все. Но через несколько лет легендарный директор Челябинского тракторного и нарком сталкивается с проблемой, в решении которой даже он бессилен.

Так продолжается до сорок девятого года, когда был арестован Яков Капустин – второй секретарь Ленинградского обкома и ближайший приятель Зальцмана по Кировскому заводу. Вскоре Капустин признается в том, что он…  английский агент. Так начинается «Ленинградское Дело», и так начинаются коренные перемены со многими неизвестными  в жизни Зальцмана, над поседевшей его головой заклубились тучи – в буквальном смысле смертельные.

Леонид Зальцман, сын Исаака Зальцмана: «Отца все время вызывали в ЦК и уговаривали дать показания против Кузнецова. И обещали произвести в министры» (в СССР уже были не большевистские наркоматы, а вполне европейские министерства; хотя и на наш, отечественный лад, конечно). Отец отказался подписывать туфту и липу». 

Татьяна, дочь Исаака Зальцмана: «От него требовали, чтобы он подписал компромат  на ленинградское руководство,  на Кузнецова, на Капустина, на Попкова, с которыми крепко сблизились в войну».

Арестованные руководители Ленинграда в военное, в блокадное время были быстро осуждены и расстреляны – в тот же год, в который судьба самого Зальцмана долго была самой неопределённой. Его исключают из партии и увольняют с должности директора завода. Ну, как это – за что? За срыв плана выпуска тракторов и оскорбительное обращение с подчиненными, а также незаконное расходование средств: в ознаменование снятия блокады Ленинграда он преподнес дорогие подарки руководителям города – Алексею Кузнецову и нескольким его соратникам, попавшим под подозрение не в меру бдительных вождей. А в сорок шестом отправил Московскому еврейскому театру материалы для проведения ремонта. Разумеется, дело прежде всего в  его нежелание дать липовые показания против Кузнецова и других партийных деятелей, проходивших по известному «ленинградскому делу».

Да, характер у Исаака Моисеевича был далеко не сахар – импульсивный, резкий, нередко грубил, ругался, видите ли,  матом. Что, следует непременно заметить,  было социально-психологической модой, насаждаемой с самого верха. Руководство в центре и на местах из уст в уста передавали слова вождя: «У нас без твою мать и танк не поедет и пушка не выстрелит!».

Зальцман мог созвать на совещание начальников цехов, а потом без каких-либо объяснений выгнать их из кабинета. Как по Жванецкому: «Марья Николаевна, пригласите ко мне товарища Петрова. Товарищ Петров? Вон отсюда!»

По мирным нашим временам это звучит нестерпимо оскорбительно. Но не случайно тогда мало кто обижался-жаловался. И понять это можно лишь постигая контекст своеобразия времени и обстановки, где-когда сборочным цехом проходил директор Кировского с мандатом от Сталина в нагруднике замызганной фуфайки, провожая на  фронт  новый восьмой-десятый танк. А  в трёх километрах рычали немецкие «Тигры», и ходу им было до Смольного сорок минут. Нет, не до обид было, не до амбиций. Вообще говоря, нет ничего нелепее, чем  послевоенная болтовня – мол, после войны люди стали мягче, добрее, терпимее и деликатнее. Увы, не способствуют смягчению нравов войны – особенно такая.

В годы войны зальцмановский стиль работы всемерно поощрялся сверху и в значительной мере  мотивировался суровостью обстановки и противоречивостью задач.  Вот уж, во истину – «За ценой не постояли».  Но вот пришел мир. Теперь же многие заводчане уже не хотели «рвать жилы». Накапливались обиды, нарастал гул недовольства, летели в Москву жалобы. Само собой и доносы.

На Кировском заводе в Челябинске Зальцман проработал до сорок девятого  года. На смену войне пришел голодный и необустроенный мир, а на смену танкам пришли тракторы. Спускаемые сверху задания, как и в годы войны, требовали рекордов и трудовых подвигов – теперь нужно было поднимать разрушенное войной хозяйство. Вот только привычные для Зальцмана жесткие методы управления в мирное время уже не срабатывали – он по-прежнему не знал слова «невозможно», но не все могли и хотели жить и работать в таком ритме. И впервые его завод не выполнил план.

  1. ТАК НАЗЫВАЕМЫЕ МИРНЫЕ ГОДЫ…

План послевоенной продукции составлял 65–75 тракторов в сутки. Задание правительства военно-традиционно не учитывало реальные возможности предприятия. Тогда как мощность завода даже на пятьдесят первый год была рассчитана на 50 машин в сутки. Это при нормальной ситуации, но после войны заводу требовалось коренное техническое перевооружение. В связи с реэвакуацией оборудования и рабочих, остро стоял кадровый вопрос. Рабочих, специалистов попросту не хватало. Удержать их было невозможно, все хотели домой, на родину. Рабочие возмущались тяжелыми условиями жизни. Не хватало жилья. В войну натерпелись, но война закончилась, а мало что изменилось. Недовольство людей возрастало. На тыловой «линии фронта» были свои великие танковые сражения, и Зальцман по-прежнему был на передовой. Запрещал, угрожал, уговаривал, обещал…

И так, в сентябре сорок девятого, Исаака Моисеевича исключили из партии и отправили работать на провинциальное предприятие простым мастером. Рассказывают, что когда докладывали Сталину всю эту эпопею о разбирательстве в КПК и о связях Зальцмана с выявленными «врагами народа», он спросил: «А кем он начинал?». Сталину ответили: «Он начинал мастером на заводе», на что он распорядился: ««Ну и пошлите его куда-нибудь мастером на завод». Что называется, наградило благодарное Отечество. Да его ли – одного…

После увольнения экс-нарком танковой промышленности назначается мастером цеха на небольшом заводике в провинциальный город Муром Владимирской области. Кое-как наладился быт. С ним была его верная спутница жена Ханна Иосифовна и дети – сын Леонид и дочь Татьяна.

Впоследствии Татьяна вспоминала муромский период: «Уехали мы в маленький городок Муром не по своему желанию. Город очень красивый, там раньше было больше 150 церквей. Ока там бесподобной красоты и ширины. Отец работал на машиностроительном заводе, который выпускал запчасти для танков и холодильников ЗИЛ. Дали нам комнатку в коммунальной квартире на первом этаже трёхэтажного старого дома. Все «удобства» на улице. Очень тесно, но отец пристроил веранду, и получилась вторая комната. Чтобы хоть как-то прожить на небольшую зарплату, завели огород, особенно он любил выращивать помидоры. Перед руководством завода стояла задача «дожать» отца, психологически его задавить». Помог Исааку Моисеевичу уехать из Мурома в Орёл Юрий Евгеньевич Максарёв, в годы войны директор Нижнетагильского завода № 183, затем министр транспортного машиностроения СССР.

Зальцман с семьей уехал в Орёл, устроился работать на завод трансмиссий, который выпускал тракторные запчасти. Зимой пятьдесят второго –  начальником смены, затем начальником слесарного участка.

…После смерти Сталина Исаака Зальцмана вызвали в Комитет партийного контроля в Москву, принесли извинения и восстановили в партии. Он  рвался в Ленинград, где в сыром полуподвале жила его семья. Дети уже учились в институтах, болела жена, но руководство Орловского завода уговорило задержаться – срочно надо было пустить новый цех.  Но поскольку он воспринимался  многими небезопасной личностью, то его не очень хотели видеть в Ленинграде. Только случайная встреча на улице с Николаем Ивановичем Смирновым, который сначала возглавлял Кировский завод, а потом стал председателем Ленгорисполкома, помогла Зальцману решить вопрос возвращения в Ленинград. Он, вернувшись, практически с нуля развернул завод строительных машин, который был так нужен разрушенному Ленинграду. И ему всегда помогали выходцы с Кировского завода. Они даже отдали Зальцману семь ведущих специалистов, чтобы ему было легче поднимать производство».

«Король танков»
Исаак Моисеевич Зальцман

В апреле 1957 года Зальцман уехал в Ленинград, сначала работал главным инженером треста «Ленгорлес», а в конце 1958 года возглавил строительство механического завода. Стал его первым директором. 20 лет руководил этим предприятием.

Сам Исаак Моисеевич в одном из писем писал: «Очень надеюсь, что до смерти смогу еще повидать Челябинск, славный Танкоград». Но, как вспоминает дочь Татьяна: «Он не мог себе позволить приехать в Челябинск по частному приглашению, он ждал приглашения от завода, но так и не дождался…». Умер Исаак Моисеич Зальцман 17 июля 1988 года. Похоронен на Богословском кладбище в Санкт-Петербурге.

В 1995 году на заседании заводоуправления Челябинского тракторного завода была открыта мемориальная доска в память И.М.Зальцмана.

Вообще-то говоря, и одесситы могли бы вспомнить изумительного этого человека, путёвку в жизнь получивший в нашем городе. Впрочем, ещё древние говаривали:  «Sic transit gloria mundi (с лат. — «Так проходит мирская слава»). Ан не всё так уж бесследно проходит. Иначе – откуда эта публикация…

Литература:

  1. Вооружение и военная техника Сухопутных войск. Биографическая энциклопедия. 2010.
  2. Инженеры Урала. Энциклопедия в 3 томах. Екатеринбург, 2001-2012.
  3. Челябинская область. Энциклопедия в 7 т. Челябинск, 2003-2007.
  4. Сергийчук В. “Танковый король России”. Нічлава, 2005
  5. Кумбарг А. Директор Зальцман. Еврейский обозреватель, 08 августа 2018.
  6. Кибиткина Г. Исаак Зальцман: “Король танков”. Объединенный государственный архив Челябинской области, 04 марта 2020.
  7. Залесский К.А. Империя Сталина. Биографический энциклопедический словарь. Москва, Вече, 2000.
  8. Зальцман Исаак Моисеевич: http://spb-tombs-walkeru.narod.ru/bgs/zaltsman.html

 

Статью подготовила Майя Шнедович

 

Якщо ви знайшли помилку, будь ласка, виділіть фрагмент тексту та натисніть Ctrl+Enter.

Leave a Reply