Символьная система и философия Жана Бодрийяра

Рекомендуя читателю этот материал, должна предварить его тремя  оговорками. Во-первых, речь идёт именно о науке, что неизбежно отражается на специфичности и темы, и идеи, и формы изложения. Во-вторых, часть цитатного материала в оригинале иноязычен и приводится в переводе на язык отечественного читателя. В-третьих, автор акцентирует именно на высказываниях учёных и сводит свои комментарий к известному минимуму.

Символьная система, то есть символы, знаки, с незапамятных времён присутствует в жизнедеятельности человечества. И, соответственно, давным-давно привлекло внимание науки. Очень многое в этом плане удалось изучить; учёными прослежены в значительном объёме их истоки, метаморфозы  форм и содержания. Но и тут – не без белых пятен: система эта, некоторые её блоки  в  жизни отдельного человека и человечества в целом хранила некое тайное, даже мистическое значение. Зачастую за ними тянется вереница мифов, что не даёт рассеяться ареолу непознанной тайны. Той самой, которая властно подталкивает пытливый ум – вникнуть в неё и разгадать тайный смысл явления…

Вообще говоря, терминология уровня «Нечто», «Тайны», «Несбывшееся», «Непознанное», «Мистическое» – более лиричны, литературны и мало свойственны передовой науке. Во всяком случае, символ, как тайна, как нечто непознанное и мистическое – широко употребляется непосвященными в науке. Обыватель искони терялся и благоговел перед тем, чего не мог понять и объяснить. Да, чаще всего он и не пытался это сделать. Многое непонятое на том или ином отрезке времени воспринималось мистически-фантастически. Не потому ли фантастика – один из любимых жанров, что не требует доказательств и исчерпывающих утверждений. У науки нет таких вариантов. Как криво улыбался по этому поводу академик Ландау – не с нашим, физиков, счастьем. Для учёного и сама туманная формула «Нет ничего тайного, что бы ни стало явным…» является тезисом конкретным и методическим.

И, тем не менее, вопросов всё ещё не меньше, чем ответов. И даже больше. Много больше.  Как символы воздействуют на психику человека? Как побуждают к тем или иным действиям? Как воздействуют символы Европы, когда попадают в человеческое поле зрения и слуха? Каков механизм этого и последующих действий? Что происходит в этот момент с памятью? Что происходит с психикой? Вопросы, вопросы…

Благодаря трудам предшественников, современной науке кое-что известно. Для Юнга символ – не аллегория (образное переписывание или изменение знакомой вещи) и не знак (симеон), «…а картина с большей частью осознанного трансцендентного содержания) (К.Г Юнг «Символы преобразования» и «О психической энергетике»). «Дух психологии» К.Г. Юнга, гласит следующее: «… мы подчёркиваем значение символики, алхимии, как основного источника символического миропредставления. Есть гипотеза, в которой «Я-осознанное думает, что оно окружено многими маленькими люминесцентными лампочками» тоже основывается на символике алхимии». Юнг метафорично говорит о приравнивании искры и архетипа.

По Зильбереру, символы можно разделить на три различные группы предметов:

  1. Материальная символика – материя мыслей, размышлений и содержания представлений.
  2. Функциональная символика – осознанный и неосознанный принцип работы души. Это означает структуру состояния и действия души – вид и способ того, как она функционирует и то, где она находится.

Наш современник, академик и руководитель «Экспедиционного корпуса», PhD Мальцев Олег Викторович занимается научными исследованиями, мягко говоря,  уже не первый год. За его плечами более 30-ти экспедиций широчайшей географии. Германия и Италия, Испания и Сицилия, Швейцария, Греция, Австрия и Чехия, США, Мексика и ЮАР. К слову, сейчас Олег Викторович с экспедиционным корпусом  находится в Португалии. И  посетил даже мыс «Каба да Рока» – самую крайнюю западную точку европейского континента.

Экспедиционный корпус в Португалии

Как уже сказано, исследованием символов в архитектуре Олег Викторович занимается давно. Однако, именно 2020 год – знаковый в исследовании символов, поскольку в этом году Олег Викторович планирует создать новое направление в академической науке: «Символьная психология». И написать ряд трудов. «Мы готовимся к созданию нового направления в академической науке — «Символьная психология». Это то, что не успел в научной карьере сделать Карл Густав Юнг, один из мэтров глубинной психологий. Он начал работать над тайной Символа, но не успел завершить свой труд», – сказал Олег Викторович

Не одна статья на страницах нашего «Вестника» посвящалась трудам Жана Бодрийяра. Скажем, «Как изучать Жана Бодрийяра? Версия от д-ра Бретта Николса» и многие другие. Олег Викторович еще в прошлом году начал исследование философии этого учёного, французского социолога, культуролога, фотографа и философа-постмодерниста. В португальской экспедиции академик представил данное исследование в контексте символьной системы человека. Ему удалось «взломать» философию Жана Бодрийяра и представить эту систему. Следует предупредить читателя: это – лишь начало исследования. Олег Викторович представил 16 блоков, описывающие свойства символьной системы человека.

Основной труд Бодрийяра, посвященный этой теме – «Пароли. От фрагмента к фрагменту». В предисловии автор пишет: «Основу этого текста составили материалы фильма, задуманного Лесли Ф. Грёнбером и снятого Пьером Буржуа. Есть нечто парадоксальное в стремлении дать ретроспективный обзор работы, никогда не претендовавшей на обращенность к будущему. Тот, кто берется за этот обзор, чем-то похож на Орфея, который слишком рано оборачивается, чтобы взглянуть на Эвридику, и в результате навеки отсылает ее в царство теней. Перед тем, кто прибегает к этому ретроспективному взгляду, работа выступает так, как если бы она предшествовала сама себе и с самого начала предчувствовала свой конец, как если бы она была последовательной и завершенной, как если бы она всегда существовала».

16 блоков символьной системы

  1. Предмет или предметность

Жан Бодрийяр пишет:

«Я почувствовал, что предмет, по сути, наделен страстью, или он, по крайней мере, может иметь собственную жизнь и выходить из состояния пассивности используемой вещи, обретая своеобразную автономию и, не исключено, способность мстить убежденному в своем всесилии субъекту за попытку его порабощения. Но я понял: предметам есть что нам сказать, и они говорят это, покидая сферу их использования. Они умеют ускользать в царство знака, где все происходит иначе, чем в универсуме потребления, ибо знак есть постоянное стирание вещи».

Комментарии Олега Викторовича:

«Речь идет о том, что символьная система имеет траекторию или направление распаковки символа. Распаковка происходит в пустое место в мировоззрении человека. Если же места нет, то расшифровка не происходит, а, наоборот, зашифровка».

  1. Ценность

Жан Бодрийяр пишет:

«Как бы то ни было, анализ ценности должен учитывать несомненную сложность проблемы: в то время как рыночная ценность обладает достаточной определенностью, ценность-знак крайне неустойчива и почти неуловима — в нашем обществе она разбрасывается и растрачивает себя, играя многочисленные роли второго плана. Однако если все уступает место фактичности, существует ли еще ценность или мы имеем дело с ее симуляцией?

Вероятно, мы постоянно живем в мире двойной морали… По-видимому, есть сфера нравственности, сфера рынка и есть область имморальности, область игрового процесса, где значимы лишь событие игры, как таковое, и согласие партнеров относительно ее правил».

Комментарии Олега Викторовича:

«В данном блоке речь идет о том, что существует две стороны одной медали. А у символа присутствует как реализационная, так и боевая распаковка».

  1. Символический обмен

Жан Бодрийяр пишет:

«Символический обмен важен для меня как процесс, стирающий любые привычные нам границы между явлениями, процесс, в пространстве которого все модальности ценности, следовательно, могут функционировать лишь на грани своего рода неразличимости».

Комментарии Олега Викторовича:

«У каждого символа есть свое место, то есть существует иерархия. У символа есть свой ранг и статус. Ранг определяется диапазоном возможностей и плоскостью влияния. Жизнь человека состоит из 12 секторов и в каждом секторе главенствует своя система»

  1. Соблазн

Жан Бодрийяр:

«Совращение есть вызов, акт, который всегда направлен на расшатывание структуры идентичности, на разрушение представления человека о самом себе. В этой связи оно открывает перспективу радикальной инаковости. Анализируя соблазн, я пришел к выводу, что в его поле попадает все, что избегает структур обеспечивающей накопление производительности.

Совращение — первое из преступлений. И наши попытки утвердить мир, сориентировать его в одном направлении, прежде всего в рамках бесконечного процесса производства, безусловно, имеют целью элиминировать, упразднить в конечном счете всегда опасную, таящую в себе зло область соблазна».

Комментарии Олега Викторовича:

«Соблазн – это фатум. Фатум, связанный с механизмами бессознательного взаимодействия с символьной системой».

  1. Непристойность

Жан Бодрийяр:

«Когда вещи становятся слишком реальными, когда они предстают непосредственно данными, реализованными, когда некая таинственная сила приближает их к нам вплотную — мы в непристойности…

Наше несчастье, на которое мы обрекли себя сами, состоит, наоборот, в чрезмерной близости к вещам, вследствие чего в нашем обществе непосредственной реальностью оказывается всё — и они, и мы. И этот избыточно реальный мир и есть непристойное.

Но мы должны понять: непристойность, иными словами полная наблюдаемость вещей, губительна настолько, что, для того чтобы выжить, необходимо противопоставить ей стратегию иронии. Иначе вся эта тотальная прозрачность вещественности обернется, скорей всего, тотальностью смерти».

Комментарии Олега Викторовича:

«Непристойность – это обман, подделка символа, вера в символ, согласие относительно символа, придуманная система относительно символа.

Человек может придумывать себе все что угодно, но символьная система продолжает работать и от человека это не зависит. Он не может с этим ничего сделать, выход один – освоить символьную систему».

  1. Прозрачность зла

Жан Бодрийяр:

«Всякая «прозрачность» отсылает к своей непосредственной противоположности, к скрытому. Эта оппозиция прозрачного нескрытого находится вне сферы морали, сферы добра и зла: противостояние тайного и профанного конституирует иной мир. Некоторые вещи никогда не будут даны восприятию, поскольку тайное включает их в обмен, не имеющий ничего общего с обменом, который характерен для области видимого. Но если все, как у нас, начинает вдруг устремляться к видимому, что тогда происходит с некогда скрытыми вещами? Они становятся оккультными, связанными с темным началом, несущими гибель: бывшее ранее абсолютно скрытым, то есть предоставленным обмену в пространстве тайны, оказывается теперь злом, с которым необходимо бороться, которое подлежит искоренению.

В такой ситуации все то, что покоится на дуальности, на разъединении предметов, на негативности, на смерти, принадлежит злу. Мы же стремимся к благополучию, к тому, чтобы каждой нашей потребности соответствовала определенная технология ее удовлетворения».

Комментарии Олега Викторовича:

«Тайна делает символ неуязвимым и непобедимым. Человек считает, что на каждую его потребность должна быть технология удовлетворения, эта догма порождает огромное количество симуляционных символов, которые мы же делаем бессмертными. По сути, догма: тайна делает символ всемогущим.

Что фактически стоит за символом? Как писал Попов – стремление к распаковке в направлении абсолютного зла. Только абсолютное зло не считается ущербным, все остальное ущербно. Почему в направлении абсолютного зла? Правда – это абсолютное зло для нынешнего человека. Правда = смерть. Если человеку рассказать всю правду о нем, то он умрет.

Поэтому распаковка едет автоматическая в направлении абсолютного зла, то есть восстановление правды в чистом виде. А правда в чистом виде для нынешнего человека это зло. И это для него непостижимо.

В фильме «Непобедимый» говорится: в природе нет добра и зла. Где было ваше добро, пока не появилась зло?

Я бы сказал, что распаковка идёт в направлении чистой правды. Абсолютное зло – это классификация нашей эпохи, нашего времени, потому что для нас правда – это абсолютное зло».

  1. Виртуальность

Жан Бодрийяр:

«Теперь виртуальное есть то, что идет на смену реальному и знаменует собой его окончательное разрушение, поскольку, делая вселенную предельной реальностью, оно неизбежно подписывает ей смертный приговор.

Олег Викторович:

«Опасность символа заключается в том, что он может быть не только овеществлён, но может быть и виртуальном, то есть символ становится нематериальным. Например, «Мафия», «Ндрангета», «Каморра».

  1. Алеаторное или фрактальное

Жан Бодрийяр:

«Понятие алеаторного — в один ряд с ним я бы поставил и понятия фрактального и катастрофического — входит в состав современных теорий, учитывающих элементы непредсказуемости происходящего или, по крайней мере, некоторое препятствующее однозначным прогнозам несоответствия между причинами и следствиями. Мы живем во вселенной алеаторности, вселенной, где уже нет соразмерных друг с другом субъекта и объекта познания».

Олег Викторович:

«Система символов никому не известна. Неизвестно кто ее создает. Тот, кто знает систему символов, тем более те, которые являются нематериальными, по сути, управляет всем. То есть те, кто создают эти системы – управляют.

  1. Хаус

Жан Бодрийяр пишет:

«Хаос не является абсолютной противоположностью рационального. Рациональности, безусловно, удается в той или иной степени осуществлять свое господство над действительностью, однако оно ограничено даже в области естественных наук: в определенный момент они неизбежно натыкаются на такой уровень предметности, где физические законы оказываются существенным образом трансформированными или вообще перестают действовать».

Комментарии Олега Викторович:

«Существует множество символьных систем, и они распространяются методом горизонтального копирования. На данный момент не существует классификации виртуальных и материальных символов. К тому же никто не берется определить статусы символов».

  1. Конец

Жан Бодрийяр пишет:

«Конец — это еще и конечная цель, цель, делающая то или иное движение целенаправленным. И коль скоро мы действительно втянуты в процессы, которые развертываются по принципу цепной реакции, которые за определенным критическим порогом становятся экспоненциальными, то не следует удивляться, что ни цели, ни направленности наша история больше не имеет: она их утратила, и утратила безвозвратно. Пребывая сегодня по ту сторону истины и заблуждения, по ту сторону добра и зла, вернуться назад мы, как подчеркивает Канетти, уже не в состоянии.

На мой взгляд, мы уже прошли точку невозвращения и полностью вовлечены в безостановочный, экспоненциальный процесс, в котором все погружено в беспредельный вакуум и утратило человеческое измерение к который лишает нас и памяти о прошлом, и нацеленности в будущее, и возможности интегрировать это будущее в настоящее. Отныне наш мир представляет собой вселенную абстрактных, бесплотных вещей, продолжающих жить исключительно по инерции, ставших симулякрами самих себя и, тем не менее, не знающих смерти».

Комментарии Олега Викторовича:

«Символ = смерть. То есть символ имеет силу смерти. Но откуда эта сила берется, никто не знает. Каким образам эта сила преобразуется в систему воздействия на человека, тоже никто не знает.

При этом существует механизм возврата к жизни – и это тайна, которая доступная немногим».

  1. Идеальное преступление

Жан Бодрийяр пишет:

«Идеальное преступление, по-видимому, устраняет реальность. Но для меня оно есть нечто большее: оно устраняет исходную иллюзию, фатальную иллюзию мира. Пожалуй, мир сам является идеальным преступлением — преступлением, у которого нет аналога, нет побудительной причины и виновника которого невозможно установить. Мы, таким образом, вероятно, с самого начала принадлежим преступному миру».

Комментарии Олега Викторовича:

«Пойти по сторону символа – означает совершить преступление. Бодрийяр пишет, что мы все преступники от рождения. И символьная система – удел криминала.

Бодрийяр пишет, что все мы преступники, потому что тянемся к тайне и все хотим иметь преимущества перед сете подобными посредством этой тайны. То есть наша тяга к тайне делает нас преступниками. Постоянное желание иметь преимущества перед себе подобными – делает человека преступником.

Пойти по ту сторону символа к тайне – означает совершить преступление.

Попробуйте задать вопрос священнослужителю: что означает крест? Как сказал мой знакомый- православный тот, кто не задаёт вопросов. Вопросы запрещены. Нужно просто верить.

Вера основа глупости, глупость основа – тяжестями, тяжесть порождает ещё большую глупость, которая порождает ещё большую тяжесть – таким образом запускаются механизмы ущербности.

  1. Судьба

Жан Бодрийяр пишет:

«Судьба олицетворяет собой порядок вещей, при котором они рождаются и умирают под одним и тем же знаком. И знак, указывающий на жизнь, существование, указывает также и на смерть. Мир судьбы, следовательно, — это вселенная, в которой один и тот же фатальный знак определяет и начало, и конец любой вещи. Если нужна иллюстрация сказанному, то ей, на мой взгляд, вполне может служить известная история о смерти в Самарканде… На городской площади солдат видит подающую ему знак смерть. Он приходит в ужас, устремляется к королю и говорит: «Мне только что сделала знак смерть, я должен бежать отсюда как можно дальше, я срочно отправляюсь в Самарканд». Король вызывает смерть и пытается выяснить у нее, почему она повергла в трепет его капитана. Выслушав короля, смерть отвечает: «Я вовсе не хотела его, напугать, я просто хотела ему напомнить, что у нас с ним сегодня вечером встреча в Самарканде». Судьба, стало быть, имеет своеобразную сферическую форму: чем больше мы удаляемся от некоторого исходного пункта, тем ближе к нему оказываемся».

Комментарий Олега Викторовича:

«Символичная система, в которой живет человек, является конфигурацией его судьбы. Но поскольку человек не знает, в какой конфигурации символов он живет, его судьба фатальна.

Все в жизни человека подчиняется символьной системе, которая над ним главенствует.

  1. Невозможный обмен

Жан Бодрийяр:

«Но феномен судьбы заставляет, хотя бы в чисто теоретическом плане, поставить вопрос о невозможном обмене. Судьба не обменивается. Какой бы она ни была раньше, сегодня она представляет собой сингулярность, которая не обменивается ни на что рациональное. И взятая в этой своей радикальной форме, она указывает на невозможный обмен. На мой взгляд, обменный процесс есть ловушка, иллюзия; и тем не менее нечто постоянно вынуждает нас заботиться о том, чтобы идеи, слова, товары, блага, индивиды существовали именно в обмене…»

Комментарии Олега Викторовича:

«Символьную систему невозможно изменить, можно заменить ее элементы. Никто ни может изменить символьную систему, ее можно только переделать, то есть заменить детали- заменить одни символы на другие, но каркас изменить нельзя.

Бодрийяр пишет, что символьную систему можно создать заново и только в этом есть смысл.

Академик Г.С. Попов говорил о том, что здесь станет вопрос о качестве информации, стоящей за символом. Потому что мало символа, нужна еще качественная информация, стоящая за символом. Это тоже является фатальным, поскольку правды сейчас нет».

  1. Дуальность

Жан Бодрийяр пишет:

«Я думаю, вещи не обходятся без различий. Принцип двойственности столь труден для нашего понимания исключительно потому, что мы находимся в плену получившей ничем не ограниченное распространение философии единства: нам кажется неприемлемым любое допущение, не согласующееся с ее исходными установками. Нас совершенно не беспокоит то, что есть, зато мы активно стремимся сдерживать то, что с позиций данной философии не имеет никакого права на существование. Для меня, однако, гораздо предпочтительней именно принцип радикальной, бесповоротной, бескомпромиссной дуальности».

Комментарии Олега Викторовича:

«Бодрийяр и Г.С. Попов пишут две вещи: проблема зашифровки и дешифровки символа – у неё есть две стороны одной медали. Первая – безупречная информация, то есть необходимо обладать безупречной информацией, не основанной на дуальности. То есть не должно быть противоположностей в информации. Например, если Бог добро, то дьявол – зло. Такие утверждения не зашифровываются. Все что касается дуальности – не зашифровывается.

При этом, мало обеспечить безукоризненной информацией, не основанной на дуальности, нужно обеспечить запаковку и распаковку символа.

Как сделать так, чтобы символ запаковал эту информацию и как сделать, чтобы потом символ распаковал информацию. В чем проблема заключается?

Г. С. Попов пишет – нужна обратная система, то есть сердечник, который обеспечивает эту систему. То есть набор инструментов. Например, в боксе – это три удара.

Отсюда, сердечник – основа символьной системы. То есть сердечник – основа эксплуатации символьной системы.

  1. Мышление

Жан Бодрийяр:

«Время, когда тот или иной познающий субъект мог пытаться навязывать миру порядок вещей, порядок видимостей, прошло. Настала эпоха мышления, которое я склонен называть мышлением парадокса и соблазна — при условии, конечно, что введение в соблазн понимается не в смысле примитивного обольщения, а как акт, имеющий целью совратить идентичность, совратить бытие.

Это парадоксальное мышление, по-видимому, выступает провоцирующей силой, управляющей иллюзией посредством иллюзии. Но я не утверждаю, что оно должно заявлять о себе повсюду. Возможно, следует иметь в виду две формы мысли: мысль каузальную, рациональную, соответствующую привычному для нас ньютоновскому миру, и мысль гораздо более радикальную, которая способствует осуществлению тайного предназначения вселенной, являясь, судя по всему, ее своеобразной фатальной стратегией».

Комментарии Олега Викторовича:

«Бодрийяр пишет – мышление человека основано на символах. То есть символы лежат в основе мышления человека. Мы думаем при помощи символов. Наши побуждения основаны на символах.

Символьная система определяет мышление человека».

  1. Символы

Комментарии Олега Викторовича:

«Символьно-знаковая система – это опорные точки философии Бодрийяра.

Г. С. Попов же говорил, что символьно-знаковая система- это опорные точки жизни и деятельности человека.

Спешу поделиться с читателями: в рамках данного направления Олег Викторович в 2020 году запланировал написать две книги – «Символьная психология» и «Символ: от мистицизма до философии», посвященных тайнам символов.

Три мэтра глубинной психологии- Карл Юнг, Зигмунд Фрейд, Липот Сонди, многие другие ученые и последователи на протяжении столетия изучали бессознательное человека. Согласно доктринам ученых, во многом различных, но единых в том, что именно бессознательное управляет жизнью человека. Говоря языком категорий, Юнг изучал инстинкты, Зигмунд Фрейд – рефлексы, Липот Сонди – побуждения. Но все эти категории из чего-то проистекают. А вот откуда и из чего? Всегда было «Х». И, вот пришло время ему раскрыться. Исследуя мировую память, академик О. В. Мальцев пришел к выводу, что этим категориям предшествует символьная составляющая.

Как отмечает академик Мальцев О.В., проблема заключатся в том, что никто символьную систему не знает, и она формируется от рождения автоматически, потому что человек не может жить без символьной системы. Следовательно, она заполняется теми символами, которые окружают человека.

С учетом того, что символьная система предопределяет не только судьбу отдельного человека, но и оказывает влияние на события мирового масштаба, исследования Олега Викторовича Мальцева и открытие нового академического направления -«Символьная психология», имеет в науке огромные значения и перспективы.

Автор Анжела Хамицевич

2 thoughts on “Символьная система и философия Жана Бодрийяра

Leave a Reply