Театр юного зрителя – для всех зрителей…

Сегодня наша собеседница – директор – художественный руководитель Одесского театра юного зрителя им. Юрия Олеши, заслуженная артистка Украины Оксана Николаевна Бурлай-Питерова.

– Давайте по традиции рубрики «Жизнь известных людей» – начнём с Вашего знакомства с редакцией и читателями.  Расскажите, пожалуйста, о себе: где родились, выросли, учились…  Что Вас связало с искусством, как состоялся выбор профессии?

–  Я родилась в Белгороде-Днестровском Одесской области. В седьмом классе захотела быть актрисой, и, собственно говоря, наверное, тогда и поняла, что свяжу свою жизнь с творчеством. Очень деятельная я была в школе – активистка и вообще «впереди планеты всей».

Мои родители – это те люди, которые дали мне путёвку в жизнь, правильно воспитали меня и привили те человеческие ценности, которые я пытаюсь дальше развивать.

Выбор профессии… Когда человек хочет что-то сказать миру, он ищет путь, как это сделать, каким образом. Я выбрала такой путь – через искусство, через театр.

О сцене и экране в детстве фантазировали очень многие, особенно девочки. Помните свои ранние представления об этой сфере? Верно ли предположить, что со временем – по мере восхождения на подмостки, обживания гримуборной и кулис – кое-что изменилось в вашем восприятии театра?

– Наверное, многие девочки думали в детстве, что вся работа или карьера актрисы заканчиваются на славе и цветах. А мне просто нравилось самовыражаться!

Скажу честно, изначально я хотела стать летчиком- испытателем! У меня было хорошо в школе с математикой, с техническими предметами. И моим родителям хотелось, чтобы я закончила школу и поступила в Белгород-Днестровский измерительный техникум, чтобы начала карьеру педагога… А мне хотелось объять необъятное, попробовать многое…И, наверное, именно театр дал бы мне возможность точнее прикоснуться к миру разных профессий – на сцене театра.

Вот так я и поступила в Днепропетровское государственное театральное училище (сейчас это Днепропетровский театральный колледж) и закончила его в 1991 году. Хотя после окончания училища у меня уже была некая «актёрская база», но когда попадаешь в театр – понимаешь, что это всё – не то, что надо дальше продолжать развиваться, и, слава Богу, что ты уже что-то умеешь вообще, но впереди – много-много-много работы. А когда рядом с тобой – талантливые актеры, мастера, которые уже заслужили имя, и уже очень многое умеют, то очень скоро понимаешь, что тебе ещё расти и расти.

Это – опыт, это – бесконечная работа. Я очень быстро поняла для себя и убедилась в том, что актерская профессия – это прежде всего огромная работа. Это очень зависимая профессия, очень жестокая… Театральный мир – он справедлив и одновременно – очень жесток. Выживают сильнейшие – одержимые фанаты театра.

– О каком репертуаре и о каком амплуа вы мечтали в юности?

Мечтала сыграть Клеопатру! Но после нескольких лет работы в театре я поняла, что мечтаю не сыграть что-то конкретное, а просто мечтаю интересно работать. Мне всё равно – маленькая роль или большая! Главное – чтобы было интересно!

Потом я поняла, что неважно, в каком ты городе живёшь, в каком театре работаешь, в столице или нет. Главное (это я поняла, когда закончила Театральный институт имени Бориса Щукина (бывшее Высшее театральное училище им. Щукина)) –  делать своё дело честно, профессионально, и к тебе всё придёт…

– Знаменитая «Щука»…

Кстати говоря, многие «щукинцы» очень не любят, когда училище называют «Щукой». Как и я очень не люблю, когда театр юного зрителя называют аббревиатурой «ТЮЗ». Люблю, когда называют полным названием – театр юного зрителя.

В общем, неважно, где ты находишься. Делай своё дело серьёзно – и о тебе узнают. Случается, что кто-то идет в актёрскую и в режиссёрскую профессии ради славы, ради каких-то почестей. Безусловно, это тоже присутствует, у каждого человека в какой-то мере есть тщеславие, амбиции. Но они должны быть здоровыми. Надо помнить главное: о тебе узнает мир, люди, если ты занимаешься своим делом и делаешь это честно. И добавлю: если хочешь развиваться и что-то постоянно познавать.

…Мне постоянно хотелось познавать! Я люблю эксперименты в театре, я люблю лабораторию, чтобы познавать новые механизмы театральной игры. Есть система Станиславского, есть Михаил Чехов, есть Иванна Чаббак, есть Ежи Гротовский и другие мэтры. И всё это – очень интересно!

Но ещё хочу в данном контексте добавить: я не считаю, что театр должен воспитывать или перевоспитывать, или «делать людей лучше». Театр должен не решать проблемы, а задавать вопросы, поднимать проблемы, вскрывать эти проблемы… Должен обращаться больше к человеку, к его естеству… В театре безусловно существует социальная направленность, в театре всё есть.

Человек приходит в театр на двухчасовой спектакль, смотрит, выходит из театра. И интересно, каким он выходит после спектакля. Да, бывает, что зритель переживает   катарсис, бывает, что человек после спектакля вышел и о чём-то серьёзно задумался… Но вот именно это: когда зритель пришёл, посмотрел, вышел –задумался, и что-то задержалось в его памяти и в его сердце из этого спектакля –вот это самое главное для меня в профессии!..

– Немногим посчастливилось поступить и закончить «Щуку», но те, кому удалось, часто вспоминают – как непросто было на это решиться, и как нелегко всё вышло. Как получилось в Вашем случае?

– В моём случае вышло всё легко и нелегко одновременно. Вообще я – «вечный студент». Мне всё время хочется учиться. Я люблю учиться, проходить курсы всякие, семинары, мастер-классы, много читаю, дела заметки, записываю… Конечно, я хотела повысить свой уровень в качестве актрисы, и поэтому пошла учиться дальше – в Щукинское. У меня уже была семья, ребёнок, мне уже было 28 лет. Наверное, так сложилось опять же судьбой. Я поняла, что актёрское образование у меня уже есть (к тому времени я работала около 9 лет в театре), но режиссёрского образования – не было. Так я поступила в Щукинское училище на режиссуру – к завкафедрой Леониду Ефимовичу Хейфецу.

Леонид Хейфец

Я поехала туда учиться, чтобы проверить себя, доказать себе, что ли, – могу ли я двигаться дальше в своей профессии. Творческий человек никогда не должен останавливаться – он всегда должен развиваться и повышать свою планку. Если он думает, что «я всё знаю», «всё выучил» – это смерть. Нас учили всегда учиться, не останавливаться…  Даже когда нам говорили, что мы уже что-то значим, можем, и нам становилось отрадно… Но нельзя останавливаться, ни в коем случае! И всегда сомневаться в достигнутом.

Была очень интересная и отрадная ситуация, когда Леонид Хейфец проводил актерский конкурс. Он обычно слушал и писал что-нибудь. Когда я вышла на сцену и стала читать «Бесы» Пушкина, он вдруг положил ручку и начал слушать. Ребята сразу сказали: «Он тебя возьмёт, потому что оторвался от записей и бумаг!».

Не могу сказать, что тяжело было учиться в училище. Когда на режиссуре ты – актёр во всех отрывках и этюдах у своих коллег, и через полчаса ты – режиссёр для них же… А где мы только не ходили и не искали реквизит – и на мусорных свалках, и где угодно! А ночные репетиции!.. Потому что времени на всё было очень мало – как обычно в театральных вузах. В театральных учебных заведениях нету такого, чтобы кто-то жалел кого-то… Надо быть готовым на завтра – значит надо сделать работу. И ты не имеешь права её не выполнить.

– Кого из мастеров-педагогов Вы вспоминаете с благодарностью? Кто из сокурсников, как говорится, вышли в люди?

– Многие мои сокурсники вышли в люди. Первый мой мастер был Зоя Федоровна Селенкова из Днепропетровского театрального училища. «Железная леди». Она, кстати, тоже закончила Щукинское училище и затем стала преподавать в Днепропетровске. Это человек, который научил меня профессии – в плане того, что нельзя себя жалеть, нельзя себя щадить. Для актёра нет «не могу, не хочу, не знаю». Нету ничего невозможного! «Железная леди», которая не понимала, как ради театра, ради работы можно чем-то не пожертвовать. Она не понимала никаких «отношений», из-за которых ты не смогла или упустила что-то. Надо – значит надо. Вот это самое главное: что работа – это святое. Этому она научила нас. Очень классный мастер.

Естественно, Леонид Ефимович Хейфец, Михаил Михайлович Борисов, который нам преподавал режиссуру. Александр Поламишев и его книга – «Действенный анализ пьесы». Очень здорово, когда ты читал книжку о театре, а потом сидишь напротив автора и разговариваешь с ним в живую.

У нас есть такая байка, что Константин Станиславский когда-то пожал руку Марии Осиповне Кнебель, она пожала Хейфецу, а он – нашему курсу. Так что, я в четвёртом поколении – ученица Станиславского (смеётся). Поэтому для меня эта система – очень важна.

Я недавно слышала, что что якобы Станиславский под конец своей жизни отказался от своей системы. Ничего подобного он не говорил. Он всю жизнь сидел, перелопачивал свою систему, и от каких-то кусочков, в которых заблуждался, мог отказаться.

Весь театр построен на системе Станиславского. Все взяли её за основу, только начали разные стороны системы развивать.

Хочу упомянуть Владимира Михайловича Наумцева, который более 20 лет работал в нашем театре главным режиссёром. Он взял меня в театр, когда мне было 19 лет, и многому научил. Галина Трофимовна Осташевская – наша старожил театра, заслуженная артистка, которая несколько лет назад умерла. Ей было 80 лет, и она у истоков Одесского театра юного зрителя была…

Я одно время бредила Ежи Гратовским и Анатолием Васильевым. Все люди, которые по-настоящему занимались театром, с которыми я соприкасалась – я всем благодарна.

А из однокурсников – многие снимаются в кино, в театре. Мы до сих пор поддерживаем отношения, обмениваемся опытом…

– У вас есть возможность сравнивать театральную столичную жизнь за годы учёбы и жизнь провинциальных храмов искусств. Что Вы можете об этом сказать?

– Не делю на провинции и столицы, честно говоря. В столице больше возможностей, что ли. Но и в столице есть люди-провинциалы. А в провинции – столичные. Все зависит от отношения к работе, к профессии, к делу. Если вы делаете все по-настоящему, честно – ну как же вы можете быть провинциалом? Провинция для меня – спокойное времяпровождение, где сидят и ждут: сверху капнет или не капнет… Провинция для меня – это плохое отношение к работе.

Одесса считалась провинцией в своё время, и при этом была культурным центром, городом театров. Просто в столице ритмы другие, активнее жизнь. В столице некогда рассиживаться, а в таких ситуациях быстрее рождается что-то новое. И вообще, я люблю работать в экстремальных ситуациях. Я считаю, что у человека мозг быстрее работает и выдаёт именно гениальные идеи именно в экстремальных ситуациях. Когда я возвращалась в Одессу, мне казалось всё медленным, и мне хотелось, чтобы всё делалось быстрее…

Спокон веков в нашем отечестве был ощутимо обозначен раздел между театром столичным и провинциальным, даже и нечто вроде чина (вспомним артистов – героев Чехова или Островского, Счастливцева и Несчастливцева), подчёркивалось – «провинциальный актёр». Это осталось там, в прошлом – или всё же по сути сохранилось?

– Что такое «провинциальный актёр» Счастливцев-Несчастливцев? Раньше вообще актёрские люди были не прикреплены какому-то конкретному театру, до Михаила Щепкина не было профессии режиссёра в нашем современном понимании. Профессия режиссёра появилась в конце XX-го века. Раньше писались пьесы, где был всегда «первый актёр» на главную роль. Он же был и главный актер, он же и пьесы ставил, он же брал на себя миссию режиссёра. И эти театры гастролировали по городам. Они финансировались меценатами, и в провинциальных театрах просто было денег меньше. Тогда было принято ездить актёрам в другие города и там играть свои роли.

Это очень широкий вопрос, в одном интервью не осветить, как вообще сейчас развивается театр. Что-то раньше было нормально, в порядке вещей. А сейчас – уже не сработает… Жизнь меняется. Театр меняется. Игра актёрская меняется….

Для меня актёр – провинциал, когда актёр наигрывает, плохо делает свою роль, не чувствует дух времени. Это человек, который не понял свою профессию… Если человек что-то выпячивает из себя, не играя как положено – это провинция. Играй по сути, по-настоящему. А если актёр делает плохо свое дело – значит, он не уважает свою профессию, и ему нет места в театре.

А наш город я очень люблю, хотя некоторые считают Одессу провинцией, при том, что Одессу когда-то называли Южной Пальмирой…

– Коренные одесситы знают, что у театра, который Вы возглавили, непростая история. Как Вы сейчас воспринимаете интерес Одессы к этому театру?

– Театр организовался в тысяча девятьсот тридцатом году. Если он был организован, значит – он кому-то был нужен. Я считаю, что это театр с очень хорошей богатой историей. Пахомова я не застала (я пришла работать в ТЮЗ в 1991 году). Главным режиссёром театра тогда был Владимир Михайлович Наумцев, заслуженный артист Украины.

…В истории любого театра есть взлеты и падения. В этом театре никогда не было застоя. Труппа нашего театра всегда отличалась огромной работоспособностью. думаю, что в этом театре не было никаких падений и «занедбанности» какой-то. Всегда у нас всё было интересно, и всегда приглашались режиссеры, которые поднимали театр. Мы ставили очень сильные спектакли: «Лес», «Женитьба», «Играем Петрушевскую!»… Мы всегда стремимся быть молодёжным театром, начали ставить спектакли для всей семьи.

И тут нужно сказать, что Театр юного зрителя – это универсальный театр. Мы боремся с мифом, что Театр юного зрителя – театр только для детей. Было какое-то время, когда очень мало ставили взрослого репертуара, вечерних спектаклей. Трудные были 90-тые годы, финансирование было слабое. Сейчас мы позиционируемся как театр для всех возрастов. У нас есть спектакли для зрителей в возрасте +7, +14. Особенно упор делаем на тинэйджеров, на подростков, потому что это наша особая категория зрителей. Также мы готовим репертуар взрослый. На данный момент у нас есть спектакли на любой вкус.

Как получилось, что в какой-то момент люди подумали, что Театр юного зрителя – детский театр?.. Не могу ответить на это вопрос. И такая ситуация – по всей Украине, к сожалению. Боремся с этим мифом, и мне кажется, что успешно. Мы проводим очень много экспериментов, приглашаем разных известных режиссёров –  чтобы актёрам было интересно попробовать поработать с разными режиссерами и вырасти профессионально.

– Как Вам удается совмещать работу актера, директора и художественного руководителя?

Я 25 лет работаю актрисой, а директором-художественным руководителем – 3 года. В 2017 году я прошла конкурс и стала директором-художественным руководителем театра.

С одной стороны, это сложно, и сейчас я мало очень совмещаю руководящую работу с игрой на сцене. Как актриса я сейчас мало работаю – играю только те роли, которые я играла раньше. В новых постановках очень мало занята. Играю – чтобы не потерять профессию.

Было много споров, когда объединили должность директора и художественного руководителя, осуждали это объединение. Но у меня на этот счёт другое мнение: с одной стороны, да, это очень тяжело, а с другой стороны, когда ты знаешь, что ты хочешь ставить, направленность театра определяешь сам, и не споришь сам с собой, нужно ли для этого найти деньги и как их нужно потратить – здесь процесс облегчается. Кроме того, у нас есть худсовет. Бывало такое, что директор и главный режиссер часто спорили. В современной ситуации ты сидишь и думаешь, споришь сам с собой – и потом принимаешь верное решение.

– Само собой – о творческих планах.

– Планы на будущее… Карантин, конечно, нам немножко крылья обломал, но мы выжили, слава Богу, потому что мы открыли наш Театральный дворик. Поэтому в планах первым делом закончить то, что нам помешал закончить карантин. А это, во-первых, украинская сказка «Клубок Казок» по мотивам разных украинских сказок, которую ставит режиссёр Ирина Цыпина, сценографом и художником по костюмам стала львовская театральная художница Ася Кравчук. Актёры в этом спектакле будут петь и играть на «живых» инструментах.

Во-вторых, надо выпускникам-режиссёрам давать возможность ставить дипломные спектакли и пробовать себя на профессиональной сцене. Надо поддерживать молодые таланты! Поэтому вскоре у нас будет ставить спектакль «Present Perfect» по пьесе Ольги Анненко молодой талантливый режиссёр Полина Коробейник. В-третьих, мы очень хотим поставить «Поллианну» по повести Элеанор Портер, есть интересный материал для этого. Летом мы планируем поставить спектакль по повести Анатолия Крыма «Лёвушка», режиссёр Наталья Прокопенко летом 2020 года удачно сделала открытые читки этой повести в Театральном дворике.

У нас есть проект «Открытые читки», где мы целый год читали пьесы современных украинских драматургов. Мы собирали режиссёров, актёров на репетиции…Делали читки, читали с листа, приглашали людей послушать…Читали по 2 пьесы молодых авторов. Так мы искали талантливых авторов. Так мы нашли для постановки «Клятвенные девы» Олега Михайлова и режиссёра Наталью Прокопенко.

Летом мы начали ставить во дворе театра «читки». Ставили Чехова, Аверченко, Зощенко, Михаила Болконского, Эжена Ионеско, начали заниматься рассказами Тэффи…

В планах – провести фестиваль детских читок, для авторов, которые пишут детские пьесы. Хотим сделать это совместно с Национальным союзом театральных деятелей Украины и Драматургической лабораторией Центра Леся Курбаса.

В 2018 году при поддержке УКФ мы проводили международный конкурс «Лаборатория молодой режиссуры», куда приглашали экспертный совет и молодых режиссёров. Они за 5 дней сделали эскизы театральных постановок, показали их на сцене, и победитель получил право поставить спектакль в нашем театре. Спектакли «Маленький принц» по мотивам повести А. де Сент-Экзюпери режиссёра Яники Коппел и «Красная сказка» Керен Климовски в постановке Александра Баркара – это результаты таких вот лабораторий. Поэтому мы всё время стараемся идти в ногу со временем и искать креативные проекты.

Я считаю, что наш театр – самый живой в городе и очень хорошо развивается. Мы видим, как развенчивается потихонечку миф, что театр юного зрителя – это что-то архаичное и с плохим залом. И фасад театрального здания нам обещают сделать к 30-летию независимости.

…Очень важно для меня видеть, как люди рвутся в театр, особенно молодежь. Меня это радует. Знаете, в каждом театре – своя публика. В нашем театре я вижу людей разных возрастов. Они приходят сюда для настоящего искусства.

И я не хочу хвалиться, это не очень красиво, но я горжусь тем, что у нас – очень много молодёжи! А ещё в нашем коллективе есть великолепные и талантливые мастера: Валентина Губская, Игорь Тильтиков, Виктор Раду, Валентина Гульченко, Сергей Фролов и многие другие. Это те люди, за которыми подтягивается наша молодежь. Это – монолит и энергетика, которую мы дарим со сцены зрителю.

– Спасибо большое.

– Вам спасибо!

Автор Бекчив Мирослав

Якщо ви знайшли помилку, будь ласка, виділіть фрагмент тексту та натисніть Ctrl+Enter.

One thought on “Театр юного зрителя – для всех зрителей…

Leave a Reply